Interview for Stigmata

Old interview for music magazine Stigmata from Belarus. On Russian.

Еще одно интервью из наших “закромов”. С Демианом из Ô Paradis беседует Влад “Нихил”.

“Ложное сознание есть Великий океан, а страсти – это волны”.
Хуэйнэн
Сутра Помоста Шестого патриарха

При­ят­но, что мно­го­ст­ра­даль­ный тре­тий но­мер на­ше­го жур­на­ла за­вер­ша­ет­ся ин­тер­вью с O PARADIS. Впе­ре­ди ос­та­ют­ся еще ре­цен­зии, ко­то­рые мы ино­гда пи­шем по соб­ст­вен­ной ини­ци­а­ти­ве, но ча­ще по не­об­хо­ди­мо­с­ти, я бы да­же ска­зал, от бе­зы­с­ход­но­с­ти. Стро­чим все но­вые и но­вые тек­с­ты, за­бы­вая о глав­ном: при всем ка­жу­щем­ся раз­но­об­ра­зии ре­цен­зи­ру­е­мой му­зы­ки, ее при­ро­да не­из­мен­но од­на и та же и ста­ра как мир. Стра­с­ти. Шум и плеск волн Ве­ли­ко­го оке­а­на. По­ли­стай­те по­след­ние стра­ни­цы Стиг­ма­ты – здесь ка­ча­ет, там тря­сет… штор­мит, ре­вет, гре­мит, уха­ет, сто­нет, дер­га­ет, сби­ва­ет с ног и швы­ря­ет во все сто­ро­ны. То­го и гля­ди, мор­ская бо­лезнь нач­нет­ся…

К сча­с­тью, встре­ча­ют­ся и ти­хие уют­ные га­ва­ни, цар­ст­ва пол­но­го шти­ля и рай­ско­го по­коя, где чи­ри­ка­ют аль­ба­т­ро­сы, рас­пу­с­ка­ют­ся кув­шин­ки и при­пе­ка­ет ла­с­ко­вое сол­ныш­ко. В од­ну из них ме­ня и за­нес­ло в са­мом кон­це 2001 го­да. На­до бы­ло ви­деть – и Игорь не даст со­врать – с ка­кой не­о­хо­той я из нее вы­би­рал­ся пол­го­да спу­с­тя. А с ка­кой ра­до­с­тью я в нее юрк­ну, ед­ва толь­ко по­став­лю свою по­след­нюю точ­ку в этом но­ме­ре! Речь идет, ко­неч­но же, об O PARADIS и Ensuenos.
Сна­ча­ла я про­сто на­слаж­дал­ся са­мой му­зы­кой.

По­том уго­во­рил ав­то­ра пе­ре­ве­с­ти на ан­г­лий­ский язык тек­с­ты пе­сен. Сво­ей не­при­нуж­ден­но­с­тью и со­зер­ца­тель­но­с­тью, пре­дель­ной об­раз­но­с­тью, ла­ко­низ­мом и не­до­ска­зан­но­с­тью они ока­за­лись по­хо­жи­ми на япон­ские пя­ти­сти­шия тан­ка. “Где эта ведь­ма, что пря­дет судь­бу че­ло­ве­ка? Где та кни­га, в ко­то­рой за­пи­са­ны на­ши жиз­ни? Бу­тыл­ка, ко­то­рую я бро­сил в мо­ре, – где она рас­ска­жет мою ис­то­рию? За­гля­ни в мое серд­це – там ис­пу­ган­ный ре­бе­нок, за­жму­рив гла­за, по­вто­ря­ет свою мо­лит­ву” (Donde). Или вот еще: “Си­дя на ме­ли не­о­пре­де­лен­но­с­ти, по­гру­зив но­ги в реч­ку, мы на­блю­да­ем за те­че­ни­ем во­ды – с не­до­вер­чи­вым взгля­дом, но с лю­бо­вью в серд­це и ис­крен­ней улыб­кой. Сча­с­тье, где же ты? Сча­с­тье…” (Felicidad).

По­том мы де­ла­ли ин­тер­вью.

По­том я во­шел во вкус. На­столь­ко, что про­вел вос­крес­ный день в На­ци­о­наль­ной биб­ли­о­те­ке в по­ис­ках пе­ре­во­дов лю­би­мых по­этов Де­ми­а­на. Об­на­ру­жил под­бор­ку вир­шей Сал­ват-Па­пас­сей­та. До все­го ос­таль­но­го ру­ки (и го­ло­вы) оте­че­ст­вен­ных пе­ре­вод­чи­ков не до­шли.

В кон­це кон­цов, ког­да у ме­ня уже не ос­та­ва­лось во­про­сов к O PARADIS, я вдруг за­ин­те­ре­со­вал­ся “ста­рым” на­зва­ни­ем груп­пы. Вы­яс­ни­лось, что Дак­ши­неш­вар бо­лее все­го из­ве­с­тен как ме­с­то, где жил и ти­па ра­бо­тал один из ду­хов­ных ли­де­ров Ин­дии Шри Ра­ма­криш­на. Сро­ду не чи­тав­ший книг, но умев­ший слу­шать дру­гих лю­дей, пре­крас­ный эру­дит и зна­ток хри­с­ти­ан­ст­ва, му­суль­ман­ст­ва, буд­диз­ма и ин­ду­из­ма, он стал пер­вым из­ве­ст­ным вос­точ­ным тра­ди­ци­о­на­ли­с­том, бой­ко и убеж­ден­но за­го­во­рив­шим о един­ст­ве выс­ших ре­ли­ги­оз­ных ис­тин всех ми­ро­вых ре­ли­гий и их вну­т­рен­ней не­про­ти­во­ре­чи­во­с­ти… Ин­ту­и­ция под­ска­за­ла мне взгля­нуть на да­ту его смер­ти и срав­нить ее с днем рож­де­ния глав­но­го за­пад­но­го тра­ди­ци­о­на­ли­с­та… Зна­е­те, на ка­кой день по­сле смер­ти Ра­ма­криш­ны по­явил­ся на свет Ре­не Ге­нон? На де­вя­но­с­то тре­тий. V

Пять условий для одинокой птицы: Первое: до высшей точки она долетает; Второе: по компании она не скучает, даже таких птиц, как сама; Третье: клюв ее направлен в небо; Четвертое: нет у нее окраски определенной; Пятое: и поет она очень тихо.
Сан Хуан де ла Круз
Беседы о свете и любви

Ô ParadisПо­жа­луй­ста, рас­ска­жи не­мно­го о се­бе. Как дав­но ты пи­шешь му­зы­ку? Как во­об­ще до­шел до жиз­ни та­кой?

Ког­да че­ло­век сто­ит у са­мой кром­ки мо­ря или под ноч­ным не­бом, раз­мы­ш­ляя о бес­ко­неч­но­с­ти, его ох­ва­ты­ва­ет уве­рен­ность, что в этом ду­шев­ном со­сто­я­нии ему хо­те­лось бы про­ве­с­ти всю свою жизнь. Му­зы­ка не­ред­ко дей­ст­ву­ет на ме­ня по­доб­ным об­ра­зом и по­это­му я со­чи­няю ее с тех пор, как мне ис­пол­ни­лось че­тыр­над­цать лет. Сей­час мне 26 и при­шло вре­мя по­ка­зать, на что я спо­со­бен.

При­зна­юсь, ре­зуль­тат очень впе­чат­ля­ет. Твои пес­ни об­ла­да­ют за­ме­ча­тель­ным свой­ст­вом нра­вить­ся всем, ко­му бы я их ни по­ста­вил. В бук­ле­те CD за то­бой чис­лят­ся не толь­ко му­зы­ка и сло­ва к ним, но так­же “го­лос, сэмп­лы, ин­ст­ру­мен­ты”. На ка­ких ин­ст­ру­мен­тах ты иг­ра­ешь? Где и ког­да ус­пел на­учить­ся?

Я на­чи­нал с бас-ги­та­ры, все ос­таль­ные ин­ст­ру­мен­ты, ис­поль­зо­ван­ные на мо­ем аль­бо­ме, мне при­шлось ос­ва­и­вать са­мо­сто­я­тель­но уже во вре­мя его за­пи­си. Сре­ди них бы­ли пер­кус­сии, флей­та, все­воз­мож­ные кла­виш­ные.

Там, в бук­ле­те, при­во­дят­ся фо­то­гра­фии с тво­их кон­церт­ных вы­ступ­ле­ний. Как ча­с­то слу­ча­ют­ся та­ко­го ро­да ме­ро­при­я­тия?

Я оты­г­рал все­го три кон­цер­та и в ре­зуль­та­те при­об­рел до­воль­но стран­ный опыт. Сей­час идет ра­бо­та над но­вым пер­фо­ман­сом.

О су­ще­ст­во­ва­нии тво­е­го про­ек­та я впер­вые уз­нал в про­цес­се под­го­тов­ки ин­тер­вью с Гер­хар­дом из ALLERSEELEN. И, ес­те­ст­вен­но, не мо­гу не за­дать во­прос о том, ка­ким об­ра­зом вы с ним по­зна­ко­ми­лись?…

Судь­ба све­ла ме­ня с Гер­хар­дом на язы­че­с­ком фе­с­ти­ва­ле Arcana Europa. И воз­ник­шая меж­ду на­ми друж­ба впос­лед­ст­вии поз­во­ли­ла нам по­ра­бо­тать вме­с­те. Все­гда при­ят­но встре­тить ис­крен­не­го и по­ря­доч­но­го че­ло­ве­ка.

Я по­ни­маю, что на фе­с­ти­валь Arcana Europa при­гла­ша­ют­ся не од­ни лишь языч­ни­ки. А что мож­но ска­зать о тво­ем ми­ро­воз­зре­нии?

Что прав­да, то прав­да – Arcana Europa не яв­ля­ет­ся ис­клю­чи­тель­но язы­че­с­ким фе­с­ти­ва­лем. Я ду­маю, он ско­рее да­ет по­вод му­зы­каль­ным про­ек­там, так или ина­че свя­зан­ным с язы­че­с­ки­ми ре­ли­ги­я­ми, со­брать­ся вме­с­те и ус­т­ро­ить ве­ли­ко­леп­ное пред­став­ле­ние.
Что ка­са­ет­ся ме­ня, я одо­б­ряю лю­бые ду­хов­ные прак­ти­ки, од­на­ко, мне пре­тит пре­врат­ное ис­тол­ко­ва­ние идей. Язы­че­ст­во пред­став­ля­ет­ся мне бо­лее чи­с­тым, не­же­ли хри­с­ти­ан­ст­во, иде­а­лом, по­сколь­ку за ним сто­ит воз­вра­ще­ние к из­на­чаль­ным ис­то­кам ве­ры и вос­ста­нов­ле­ние по­зи­тив­ных ас­пек­тов ре­ли­гии. На ко­с­тер, к сча­с­тью, се­го­дня за это не от­прав­ля­ют. По край­ней ме­ре, в Ев­ро­пе. Хо­тя лич­но для ме­ня луч­шая ре­ли­гия – это та ве­ра, ко­то­рую че­ло­век ис­по­ве­ду­ет сам по се­бе, не­за­ви­си­мо от дру­гих.

В Ис­па­нии тра­ди­ци­он­но очень силь­ны по­зи­ции ка­то­ли­че­с­кой церк­ви. Мо­жешь ли ты на­звать се­бя сво­бод­ным от вли­я­ния хри­с­ти­ан­ст­ва, пусть да­же под­спуд­но­го и опо­сре­до­ван­но­го – че­рез ар­хи­тек­ту­ру ва­ших го­ро­дов, ис­кус­ст­во и куль­ту­ру во­об­ще?…

Я и не пы­та­юсь убе­жать от сим­во­лов хри­с­ти­ан­ст­ва, ведь у них не­о­бы­чай­но воз­вы­шен­ный ха­рак­тер. На­при­мер, я обо­жаю сти­хи Сан Ху­ан де ла Кру­за, хо­тя и не­на­ви­жу то, как с ни­ми об­ра­ща­ет­ся цер­ковь.
По-мо­е­му, у всех ре­ли­гий очень по­хо­жая сим­во­ли­ка.

Опи­ши свой про­ект DAKSHINESWAR. Чем он от­ли­ча­ет­ся от O PARADIS? Есть ли у не­го уже из­дан­ные за­пи­си?

O PARADIS и DAKSHINESWAR – это од­но и то­же. Я по­ме­нял на­зва­ние, по­то­му как у сло­ва Dakshineswar есть впол­не кон­крет­ный смысл.

По­ка что су­ще­ст­ву­ет все­го один ком­пакт-диск O PARADIS и 7” вме­с­те с ALLERSEELEN и CIRCE. Но уже ско­ро на свет по­явит­ся вто­рой CD, вме­с­те с оча­ро­ва­тель­ным веб-сай­том.

Ах, вот как… Но что ты имел в ви­ду, го­во­ря о кон­крет­ном смыс­ле на­зва­ния DAKSHINESWAR? И не­уже­ли у сло­во­со­че­та­ния O PARADIS нет ни­ка­ко­го по­та­ен­но­го зна­че­ния?

Dakshineswar – это ин­дий­ский храм на ок­ра­и­не Каль­кут­ты, на бе­ре­гу Ган­га. Тог­да как O PARADIS яв­ля­ет­ся ме­с­том, ку­да я мо­гу по­ме­с­тить все мои во­об­ра­жа­е­мые ми­ры.

READ FULL INTERVIEW